Biennale – Arsenale – Venezia. Part 3

57 Арт Биеннале.
Venezia, Giardini della Biennale – Arsenale
13 мая – 26 ноября 2017 года

Это третья, заключительная часть материала по Art Biennale этого года, которая посвящена обзору национальных выставок, предложенных в национальных павильонах в Арсенале Венеции (первую и вторую части смотрите у нас в блоге от 13 августа и 24 августа). В этих зданиях когда-то, во времена расцвета Яснейшей Венецианской республики отливали пушки и тяжелые круглые ядра к ним, а в Corderie (Канатных) плели бесконечные тугие канаты для каравелл, которых спускалось на воды лагуны по одной готовой в день (!), невероятно обогащая казну Serenissima, хозяйки морей. Сейчас здесь сплетают другие, новые истории, творцы со всего мира – в своих проектах, представленных в темных залах Arsenale. Обогащая мир совсем иными ценностями. Прогуляемся по ним (избирательно – с извинениями перед теми авторами, которые здесь не будут упомянуты).


***
Arsenale

Филиппины сильно поразили “призраками сравнения” – The Spectre of Comparison (как почти иллюстрация к новелле Noli Me Tángere авторства национального героя Филиппин Хосе Ризаля, или аллюзия на книгу Бенедикта Андерсона “Призрак сравнений. Национализм, Юго-Восточная Азия и мир”). С гигантскими воображаемыми “алтарями” из картин (Manuel Ocampo), ниспровергающих все верования и религии одновременно, переворачивающие исторические роли “белых” и “цветных” народов, иронизирующими, даже ёрничающими над религиозными “слабостями” человечества и колониальными комплексами своего же народа, одновременно возводящими на свежие алтари всё новых и новых монстров. Возможно, в качестве горькой пилюли, для оздоровления человечества – через боль? “No pain likes this body. No body likes this pane –  гласит одна из неоновых инсталляций второго автора Lani Maestro. Каждый из нас хранит в своем багаже информации какое-то неопределенное число цитат: это может быть что-то из нашего прошлого, рассказанного нам человеком, которого мы любили, или человеком, которого мы ненавидим до сих пор. Мы могли бы услышать их в песне, в кино, в стихотворении или даже прочитать на упаковочной коробке. Иногда эти слова становятся нашим способом думать о себе и о жизни, давая словам новые смыслы –возможно, именно так Лани Маэстро использовал фразы в своих неоновых установках для биеннале. А эмоции каждый добавит самостоятельно, как соль и перец – по вкусу. 
V



Неоновая инсталляция Lani Maestro. Фото Paolo Luca


Завораживающая “пляска масок” в проекте Bernardo Oyarzun чилийского национального участия в Арсенале: проект Werken (в переводе с языка племени означает посланник, вестник). В инсталляции использовано 1500 масок, изготовленных сорока мастерами племени Mapuche, коренных обитателей Чили, самого многочисленного на территории страны. С самого начала колонизации племя Мапуче яростнее всех боролось против вторжения испанских конкистадоров. На их родном языке слово Mapuche означает “люди земли” или “земля”, и мессидж автора этого проекта заключается в том, что люди Мапуче, несмотря на их нескончаемую борьбу и вековое унижение, остаются здесь, на их земле – чему подтверждением светодиодные изображения 6 906 семей по периметру основной инсталляции.
V 


Пестрая, многослойная и замечательно ироничная коллективная концептуальная инсталляция в павильоне Мальты под длинным названием Homo Melitensis: An Incomplete Inventory in 19 Chapters. Название “Незавершенная инвентаризация в 19 главах” очень точно описывает многоголосие в исполнении тринадцати мальтийских авторов (Adrian Abela, John Paul Azzopardi, Aaron Bezzina, Pia Borg, Gilbert Calleja, Austin Camilleri, Roxman Gatt, David Pisani, Karine Rougier, Joe Sacco, Teresa Sciberras, Darren Tanti и Maurice Tanti BurloGhaqda tal-Pawlini), которое все равно странным образом не становится какофонией, а сливается в общую гармонию в зале Артиллерии. Этим проектом Мальта после перерыва возвращается на Биеннале: это своеобразный ассоциативный ряд с исследованием мальтийской идентичности, объединяющий произведения искусства, предметы и документы. 19 глав по числу букв мальтийского алфавита приглашают зрителя в сложное путешествие по естественной истории, “специфике” национального генома, истории кораблекрушений, миграций, картографии. Это смесь религиозных образов и богохульства, панорам ритуальных предметов и других артефактов, которые игриво сочетают в себе реальные исторические события с вымыслом, для построения идентичности и ее разрушения.
V 





Lost and Found называется минималистская экспозиция не всеми признанной Республики Косово (биеннале – признана). Это оригинально, в нескольких жестах, рассказанная известным косовским художником-концептуалистом Sislej Xhafa история о пропавших без вести во время балканской войны и до сих пор не найденных земляках (до сего дня неизвестна судьба 1667 людей). К конструкции, иронично имитирующей бюро находок, как в аэропортах, прилагается маленький томик карманного формата со всеми именами пропавших, аккуратно перечисленных Сислеем: это платформа для поиска ответов, а также новых вопросов, касающиеся универсальных тем как права и свободы человека, социальная несправедливость и угрозы личной безопасности. И конечно память… и надежда.
V

Грузия в этом году представлена проектом Важико Чачхиани (Vajiko Chachkhiani) Living Dog Among Dead Lions – “Живая собака среди мертвых львов”. Инсталляция представляет собой традиционный деревянный дом из горной деревни, найденный Чачхиани в недалеко от городка Чиатура, в окрестностях Имеретинской долины в Западной Грузии. Как и косовский автор, грузинский художник через архитектуру, предметы быта и в целом и образ дома передает человеческую историю, исследуя состояние человека после травматических событий войны в Грузии. Кажущееся странным название отсылает к Библии (Екклесиаст 9: 4), где говорится о людях, ведущих себя как дикие и агрессивные львы, которые в конечном итоге погибают, в противоположность скромным, которые благодаря своей кротости сумеют остаться в живых даже в суровых жизненных ситуациях. На крыше установлена система орошения, поэтому внутри дома (сюрреалистически) все время идет дождь. И вода постоянно (в течение шести месяцев биеннале) падает тяжелыми каплями, постепенно разрушая всё здесь, превращая чью-то жизнь в тлен. Зрители не могут попасть внутрь – а только наблюдать, шпионя через намеренно выбитое окно. “Интерьер изменится, но внешний вид останется прежним. Как травматический опыт меняет внутреннюю жизнь человека,”– говорится в презентации.
V



Фото Maria Nitulescu, courtesy of the artist and the Georgian Pavilion
Аргентина в одном из павильонов в Арсенале предложила, наверное, один из самых цитируемых проектов этой биеннале (почти конкурент Демьену Хёрсту, чья выставка проходит сейчас в Palazzo Grassi Венеции). Это The horse problem –  гигантская скульптура авторства Claudia Fontes, едва вмещающаяся в пространство исторического здания по отливке пушечных ядер, завораживает. Многослойность идеи Фонтес при желании можно расчленить на составляющие как обращение вспять колонизации в Латинской Америке (конь был символом Аргентины времен первых колонизаторов), переплетение судеб лошадей и людей, аллюзии на темы феминизма. А впрочем, и без всех этих пояснений композиция site-specific впечатляет. 
V 



The Horse Problem. Photo Creators

The Horse Prroblem. Photo Artribune

The Horse Problem, photo credit Andrea Ferro Photography

Tremble Tremble (Трепещите, трепещите) – почти как детская считалочка звучит название ирландского проекта Jesse Jones, часть возгласа итальянских домохозяек, создавших в 70-е годы протестное движение под лозунгом “Трепещите, трепещите, ведьмы возвращаются”. Автор в пространственной инсталляции с элементами видео, перфоманса), скульптур, напоминающих кости великанов, воображает такой мировой порядок, при котором провозглашается новый закон, принадлежащий Utera Gigantae в образе женщины-колдуньи, восклицающей: “Я побеспокоила вас, хороших людей? Я надеюсь, что тревожу вас; я надеюсь, что я достаточно беспокою вас, чтобы увидеть ваш дом в руинах! Достаточно ли уже? У вас еще есть время для хаоса? Как? Еще большего?" С помощью такой расширенной формы кино Джонс исследует связь между поколениями, испытания Европы 16-го века – времени “охоты на ведьм”, поднимаясь до проблем современного ирландского (и не только) общества.
V



Латвийский павильон показал немного дьявольский проект What Can Go Wrong (Что может пойти не так) художника Miķelis Fišers. Название может быть истолковано двусмысленно: и как вопрос, и как утверждение. Это подчеркивает проблему, связанную с современным искусством: по Барту, наука (знание) сегодня не определяется содержанием или моралью. Что касается искусства Фишерса, то оно тоже не ставит свей целью ни помогать, ни просвещать – это «магия», «оккультная философия», «иррациональное», «миф о художнике» или даже просто «глупость». Его мир населяют странные рептилии, лечащие от депрессии русалок, или концертирующие инопланетяне, все активны, все при деле, суета сует – пока зритель не ощутит наконец острое нежелание жить в таком мире.
V

Новая Зеландия в грандиозном, во весь длинный зал Арсенала, называемый Tese dell'Isolotto, представила настоящую историко-фантастическую Сагу об открытии, завоевании и становлении своей Страны-Острова –  видео нарратив Lisa Reihana: Emissaries. Автор указан в самом названии проекта – Lisa Reihana. Сюжет условный: погоня за Венерой – анимационное оживление французских живописных обоев Les Sauvages De La Mer Pacifique, 1804-1805, также известных как “Путешествия капитана Кука”, технология печати которых была придумана Жозефом Дюфур (Joseph Dufour). Два века спустя, или почти через 250 лет после самого путешествия, автор использует инновационные цифровые, аудиовизуальные технологии XXI века, чтобы переосмыслить и оживить обои на тихоокеанские темы. Достопримечательности, культурные церемонии, события: обширная видео панорама населена известными и придуманными Лайзой персонажами, среди которых британские мореплаватели, астрономы, аборигены. В качестве самих эмиссаров: шеф Mourner из Society Islands и Джозеф Бэнкс, амбициозный натуралист-астроном, который документирует “Преследование Венеры” на первом рейсе Кука. Всё повествование циклично: эта временнàя и пространственная размерность для автора связана с Tā-Vā, необычной тихоокеанской циклической теорией времени и пространства.
V




Китай как всегда с очень сильной выставкой в своем, ставшем почти историческим пространстве, в большом цеху-павильоне в самой глубине венецианского Арсенала. Как одна из самых древних мировых цивилизаций, кто как не Китай мог назвать свою выставку Continuum-Generation by Generation? Замечательная подборка работ четырех авторов, двух народных художников и двух профессиональных, работавших совместно для этого проекта в Венеции: Tang Nannan, Wu Jian’an, Wang Tianwen, Yao Huifen. Итогом стала серия картин, вышитых шелком в традиционной технике Skeleton Fantasy Show (Yao Huifen), ажурные фигуры-тотемыThe forests of the daydreams series, увиденные автором Wu Jian во сне и воспроизведенные в необычной технике высечки на коже, кажущейся металлическими латунными листами. Это классическое рисование на рисовой бумаге в энергичном травяном стиле традиционной каллиграфии (Tang Nannan), картины из многослойных цветных аппликаций из бумаги и традиционный китайский театр теней (Wu Jian и традиционный мастер теней Wang Tianwen). И наконец – фигура молодого человека в натуральную величину, кажущегося одним из зрителей, из глаз которого льется на стену проекция, которую он же сам и наблюдает. 
V









Италия, хозяйка биеннале, представила в этом году в проекте под единым названием Il Mondo Magico (Волшебный мир) трех авторов Giorgio Andreotta Calò, Roberto Cuoghi и Adelita Husni-Bey.
Название взято из одноименного философского труда неаполитанского антрополога Ernesto de Martino (1908-65), одного из ключевых мыслителей в изучении антропологической функции магии, который на протяжении десятилетий анализировал и определял, как через ритуалы человек может овладеть исторической ситуацией и утвердить свое присутствие в мире. Его книга “Волшебный мир”, написанная в годы Второй мировой войны и опубликованная в 1948 году, не ищет в магии способ побега в иррациональное, но новый опыт реальности. Этих трех разных художников объединяет не стиль, а желание создавать сложные эстетические вселенные, но не традиционные документально-описательные, а в форме новых мифов, ритуалов, верований и сказок. Поэтому предложенная выставка видит художника не только как создателя произведений и предметов, но прежде всего, как проводника идей, интерпретатора и создателя новых миров.
V

Roberto Cuoghi. Imitatio Christi (по одноименному названию средневекового теологического текста) самый сложный из трех представленных проектов. Имитируя Христа – для католической страны уже звучит неоднозначно. Эта многослойная инсталляция Куоги (1973) продолжает сложную поэтику исследования трансформации свойств материалов и текучесть любого определения идентичности. Художник превращает зал Арсенала, напоминающий сводами базилику, в фабрику из множества изначально идентичных фигур, иконографически напоминающих формой распятого Иисуса. Автор интерпретирует образ в свете “нового технологического материализма” – его фигуры “как бы Христа” отлиты тут же из органического материала, который за полгода выставки трансформируется под действием окружающей среды, распадаясь, разлагаясь и наконец, исчезая, как живое создание.







Roberto Cuoghi. Imitatio Christi. Фото Roberto Marossi

Adelita Husni-Bey. The Reading. Чтение (или Сеанс) от Аделиты, самой молодой из трех итальянских художников (1985) – это видео, снятое в феврале в Нью-Йорке во время серии сеансов-встреч группы ребят, с обсуждением и экспериментальными перформативными упражнениями, задаваемыми художницей с помощью ею же нарисованных карт Таро. Это размышления молодых людей об окружающей среде, эксплуатации недр, о современных угрозах, технологиях, капитализме и уязвимости.


Adelita Husni-Bey. The Reading. Фото Robeto Marossi

Georgio Andreotta Calò. Untitled (The End of the World). Конец света в представлении венецианца Андреотта Кало (1979) связан с водой – он состоит из большой конструкции, которая разделяет монументальное пространство зала Арсенала на два уровня, создавая два отдельных, взаимодополняющих и противоположных мира. Зритель попадает сюда с нижнего уровня, состоящего из множества лесов, которые поддерживают деревянную платформу, и напоминают архитектуру пятинефной базилики. На некоторых опорах надеты белые бронзовые скульптуры в форме раковины Pinna nobilis. В конце нижнего пространства лестница ведет посетителей на верхний уровень, где обширная водная гладь простирается на весь зал, отражая свод павильона, создавая странное и обманчивое видение. Застывшая поверхность воды иллюзорно усиливает размеры и объемы павильона, опрокидывая его архитектуру, и создает эффект миража, усугубленного полумраком. Ощущение мистическое, особенно в контрасте со слепящим солнцем при выходе из павильона.




Georgio Andreotta Calò. Untitled (The End of the WorldФото Roberto Marosi


Фото Nuvola Ravera

Армения представила тройной проект Fiamma inextinguible, The panters in my blossoming garden, Border no Border трех авторов Jean Boghossian, Rafael Megall, Miro Persolja в историческом армянском квартале Венеции, в Palazzo Zenobio, Chiesa di Santa Croce degli Armeni
V
The Panthers in my Blossom Garden by Rafael Megall

Проект украинского павильона на биеннале Parliament Бориса Михайлова в Studio Canareggio, Canareggio 1345/D. Фото мировых и украинских политиков, мастерски сделанные с эффектом “глитч”, подымают эти работы до высоты портретов Фрэнсиса Бэкона
V
Борис Михайлов. Parliament. Фото zhúzhalka

Эта выставка не ретроспекция или подведение итогов, не выведение некоего генеалогического древа, приводящего из прошлого к современной ситуации в искусстве. И уж тем более не попытка войти в конкуренцию с многочисленными мировыми арт-ярмарками – ничто не может сравниться с Венецией (городом и мироощущением) по определению.  Это и не повод “столкнуть лбами” разные поколения художников – наоборот, лучший пример преемственности генераций современных творцов, от тех, кто считается классиком, до активно работающих сегодня и совсем молодых. Симпатичным подтверждением в этом плане стало и одно организационное новшество – изобретение mentorship”, когда маститые авторы сами выбирали для участия в Биеннале молодых художников.  

Photo by Imgur
Биеннале в Венеции – это выставка-рефлексия о темах бесконечности языков и выразительных средств в искусстве сегодняшнего дня, возможность придать смысл вещам и понятиям в отдельно взятый момент истории и в определенных обстоятельствах, во всей сложности восприятия: интеллектуального, эмоционального и чувственного. Передний край современного искусства, который меняется, расширяется, растет – это work in progress, бесконечная история, длящаяся до тех пор, пока человечество нуждается в чем-то еще помимо только хлеба насущного.



Первое фото:  проект Сlaudia Fontes в павильоне Аргентины  The horse problem В статье использованы фото Anna Kolomiyets, указано по месту или из открытого доступа.

Понравилось, поделитесь

Популярные сообщения из этого блога

Andrea Langhi: Когда архитектор должен сказать НЕТ. Part 4

Patricia Urquiola: Il Sereno – новый дизайн-отель на озере Комо

Renzo Mongiardino – архитектор атмосферы